Отец нахмурился, на лбу у него появились глубокие морщины.

— А он что-нибудь говорил о наших драконах и всадниках?

Хал как-никак оставался его братом.

— Я спрашивала. Гонец сказал, что драконы остались в арьергарде. Они должны задержать врага, сжигая все на его пути, чтобы наша армия имела возможность отступить. Я надеюсь, что с дядей все в порядке!

— Хал им покажет, — заявил Джифф. — Они с Бримстоуном сожгут их всех.

Отец улыбнулся.

— Хал всегда умел позаботиться о себе. В любом случае, мы ничего не можем сделать. Тери, если ты увидишь других гонцов, обязательно спрашивай, как идут дела.

Она кивнула, и было видно, что возбуждение и любопытство пересиливают страх, ведь происходили такие удивительные события!

В последующие недели общее настроение изменилось к худшему, все начали понимать размеры катастрофы. По королевской дороге теперь перемещалось гораздо больше людей. Поначалу это были дисциплинированные колонны под предводительством офицеров в золотых шлемах. Усталые солдаты уныло маршировали мимо крестьянских ферм, их форма была грязной и потрепанной, их мечи и копья потемнели от вражеской крови. А обозы с огромным количеством раненых были еще длиннее колонн марширующих солдат.

Адара стояла в траве на обочине и наблюдала за бредущими людьми. Вот слепой поддерживает товарища без ноги, на телегах везут несчастных, лишившихся обеих ног; тела солдат покрыты запекшейся кровью и грязью. Один из раненых умер, и его оставили прямо на обочине дороги. Адара рассказала отцу, и он вместе с другими крестьянами похоронил умершего.

Но чаще всего Адара видела обгоревших солдат. В каждой проходившей колонне были дюжины таких страдальцев, их кожа почернела, шелушилась и отваливалась, многие потеряли руку или ногу, когда их коснулось раскаленное дыхание дракона.

С каждым днем солдат становилось все больше. И вскоре все узнали, что подкрепления не будет. Офицер одной из последних колонн посоветовал фермерам взять все, что они смогут унести с собой, и идти на юг.