Фигурное катание и впрямь ему понравилось - здесь нужна была и сила, и гибкость, и скорость. И совсем это не было похоже на детсадовские хороводы. И вокруг было много таких же пар, а мальчишки не стеснялись своего занятия, а, наоборот, гордились не меньше, чем хоккеисты. Да и тренер относился к нему хорошо, и Леша решил остаться. В конце концов, к хоккею он сможет потом вернуться, если ему вдруг надоест или разонравится.

Поэтому через два дня Леша опять пришел на тренировку и, стесняясь, подошел к Инге:

- Наверное, мы теперь будем кататься вместе?

- Ага! - улыбнулась малявка. - Наверное.

Леша взглянул на девочку и улыбнулся. И почему он стесняется эту малышку? - с раздражением подумал он. Родители у нее, наверное, богатые, каждый день пирожные едят, в кино ходят, летом - на Черное море ездят, а может, у них даже машина и собака есть… Но с другой стороны, Инга же ничего больше о его родителях не спрашивает! А катается хорошо.

Каталась она и впрямь хорошо, а потому очень быстро ребята начали понимать друг друга и кататься становилось все интересней и интересней. Леше было совсем нетрудно выучить новые движения, потому что на коньках он стоял уже давно, да и Лев Николаевич, и Инга каждый раз терпеливо и подолгу готовы были объяснять то, что не получалось у Леши.

И почти на каждую тренировку приходила мама. Она садилась тихонечко в уголке и наблюдала. К Инге тоже очень часто приходили родители. Чаще даже папа, чем мама. Он садился на трибунах и громко болел за дочку.

Где-то через месяц Инга познакомила Лешу с папой.

- Борис Борисович, - протянул руку полковник-артиллерист.

- Алексей Павлович, - с не меньшей серьезностью ответил Алешка, - будущий чемпион.

- Так-таки и чемпион? - засмеялся артиллерист и подмигнул мальчику. - Ну тогда вы просто замечательная пара - Инга вот тоже чемпионством бредит. Думаю, у вас все получится! - И он ушел на трибуну.