– Надо бы этому русскому шею свернуть, – наблюдая за тренировкой Савченко, зло сказал Мустафа, вопросительно взглянув на стоявшего рядом Ясера. – Аллах свидетель, не без помощи этого гада погиб полковник Фарук. Я бы лично ему глаза вырвал и заставил сожрать.

– Прекрати брызгать слюной, – равнодушно произнес Ясер. Он был совершенно спокоен, и если за что-то переживал, то только о том, что не получается вернуться на базу. – Али велел ничего не предпринимать, пока не поступит команда из Триполи. И вообще, на твоем месте, Мустафа, я бы не злил его. Али сейчас как уж на раскаленной сковородке, смотри, как бы тебе не оказаться крайним. Лучше сцепи зубы и жди своего часа.

– Шайтан бы их всех побрал, – сплюнул за борт Мустафа.

Али, занявший после гибели полковника Аббаса его каюту, не решился принимать какие-либо самостоятельные меры, а отправил в Триполи радиограмму, зашифрованную его личным кодом. Два дня руководство Истихбарат

Наконец на третий день пришло сообщение из Триполи.

«Аладдину.

В связи с гибелью Дельфина (позывной Фарука), командование группой возлагается на вас. В султанат для расследования этого инцидента направляется особая оперативно-следственная бригада под руководством Варана (майор Назир Шах), в подчинение которого переходит ваша группа вплоть до специального распоряжения.

Синдбад».

Несколько раз прочитав расшифровку радиограммы, Али впервые за последнее время облегченно вздохнул. Наконец хоть какая-то определенность появилась, и, главное, направляемый в Буктар «особист» майор Назир Шах был хорошо знаком диверсанту. Он приходился ему двоюродным братом, поэтому переживать за свою жизнь и карьеру не приходилось.