Картина в каньоне вновь изменилась. Облака замедлили свой бег, стремительно посветлели, набухли, слились друг с другом и замерли. Все видимое пространство внизу поглотила бесконечно огромная ноздреватая грязно-белая губка тумана. Воздух вокруг вершины замерцал, снизу, из-под скалы потянуло удушливым смрадом. От вони у него закружилась голова, и тогда Мерриз вытащил из походного мешка кусок холстины и обвязал голову, закрывая рот и нос.

"Тело дано единожды. Разум бесконечен, как сама Истина и неповторим. Господь дает тело для совершенствования, и отбирает, если Разум владеющий поражается Хаосом. Заслужить тело – заслужить милость Господа, и продолжить дело Его, следуя высочайшим устремлениям, и стать ближе к Богу, в бесконечности Спирали. От тела – к Разуму, от Разума к Истине, блажен будет тот, кто познал".

Когда вонь стала невыносимой, Мерриз опустился на колени. Его вырвало прямо на свернутый по-походному плащ. Он нащупал бурдюк с водой, сделал несколько глотков и тут же сплюнул. Вода казалась отвратительно горькой, как молодые орехи химмы. При этом, он ни на мгновенье не отводил глаз от пропасти. Туман под скалами пришел в движение. Появились более темные полосы, над вязкой пеленой покатились невесомые зеленоватые облачка. Камень под ногами чуть вздрогнул. И сразу же, откуда-то снизу покатился, непрерывно нарастая, ужасающий грохот.

"Вот еще один урок. Все вокруг подчиняется законам Хаоса. Неведомым и непонятным. Запретным. Определение реальности, как упорядоченной системы неподвластной изменениям, и являющейся Истиной – неверно, и может быть отображено таким только для себя.