Буш отметил про себя, что этот Хорнблауэр - горячая голова. Тут он встретился с ним взглядом и с изумлением увидел, как меланхолический глаз легонько ему подмигивает. Внутренним чутьем он понял, что этот свирепый молодой лейтенант совсем не так свиреп, и жар, с которым он говорил напускной, почти как если бы Хорнблауэр практиковался в иностранном языке.

- Только позволь им скулить, и они совсем разболтаются, - объяснил Хорнблауэр. - А Хоббс еще хуже других. Исполняющий обязанности артиллериста, причем очень плохой. Вконец обленился.

Двоедушие молодого лейтенанта покоробило Буша. Человеку, который может напустить на себя притворный гнев и тут же легко его отбросить, доверять нельзя. Однако карий глаз щурился так заразительно, что честный голубой глаз Буша тоже подмигнул, почти помимо его воли. Буш почувствовал прилив неожиданной приязни к Хорнблауэру, но природная осторожность заставила его тут же подавить этот импульс. Впереди долгое плавание, и времени, чтоб составить взвешенное суждение, будет предостаточно. Пока Буш видел, что молодой офицер пристально его разглядывает, явно намереваясь спросить - о чем, мог догадаться даже Буш. В следующую секунду оказалось, что он не ошибся.

- Когда вы были назначены? - спросил Хорнблауэр.

- В июле 96-го, - сказал Буш.

- Спасибо. - Ровный тон Хорнблауэра ничего не сообщил Бушу, и тому пришлось в свою очередь спросить:

- А вы?

- В августе 97-го, - сказал Хорнблауэр. - Вы старше меня. И Смита тоже - у него январь 97-го.

- Так вы, значит, младший лейтенант.

- Да, - ответил Хорнблауэр.

Судя по голосу, он ничуть не огорчился, что новоприбывший оказался старше, однако Буш без труда угадывал его чувства. Буш сам еще недавно был младшим лейтенантом на линейном корабле и прекрасно знал, что это такое.

- Вы будете третьим, - продолжал Хорнблауэр. - Смит - четвертый, я пятый.

- Я буду третьим? - задумчиво, как бы самому себе сказал Буш.