Субмарина сейчас находится практически точно посередине между Командорскими и Алеутскими островами, своих рядом нет, а если бы и были, по приказу командования он должен соблюдать полное радиомолчание. Значит, помощи ждать неоткуда. Тогда выход один — уходить на глубину. Ниияту уже открыл рот, чтобы отдать приказ, но в этот момент лодку сотряс мощный удар. Пол под ногами японских офицеров тряхнуло, и они полетели на одну из стенок, теперь наклонившуюся под довольно большим углом.

После Пирл-Харбора американские моряки и летчики были научены воевать. Экипаж морского охотника провел бомбометание идеально, хоть в учебный кинофильм как образец вставляй.

Первая же из сброшенных им глубинных бомб разбила боевую рубку субмарины. Все, кто был на дежурстве, погибли мгновенно. Еще одна бомба разорвалась чуть дальше от подлодки, однако достаточно близко, чтобы смять корпус и уничтожить гидроплан.

Вода хлынула внутрь субмарины, но глубина была небольшая, и внутренние переборки задраенных отсеков выдержали давление. Центральный пост и носовое торпедное отделение уцелели. Каюта капитана располагалась рядом с центральным постом, и Сабура Ниияту остался в живых. Чтобы понять, что случилось, и оценить размеры повреждений, ему хватило считанных секунд — тех самых, за которые он добрался до центрального поста. Корма разворочена, и большая часть команды погибла, но шанс спасти уцелевших еще оставался.

Ни секунды не задумываясь, Ниияту отдал несколько коротких приказов. В считанные минуты огромная субмарина, или, вернее сказать, то, что от нее осталось, легла на грунт. Двигатели выключены.

Теперь гидроакустические приборы врага были ей неопасны. Разумеется, охотник знал, где примерно находится субмарина, и мог кинуть еще пару бомб.

Но вряд ли он бы стал это делать — по приказу капитана японские моряки выпустили из торпедных аппаратов мазут и мусор, довольно убедительно сымитировав гибель подлодки.

Американец поверил.