Он сел в машину, которую прислал интегратор. Гарр не имел права разговаривать с водителем. Машина отъехала от пропускного пункта и вскоре оказалась на улицах столицы Лорена.

Естественно, у Гарра не было возможности посмотреть наружу. Он слышал шум транспорта и представлял себе, как выглядит город. Четыре уровня улиц, огромные здания поднимаются ввысь — прекрасная цивилизация, но уже начавшая приходить в упадок. Повсюду люди с напряженными, застывшими лицами.

Причина заключалась в том, что правительство на Лорене обладало монополией на свободу. Не было ничего важнее службы королю. Люди существовали только для исполнения его воли. В городах делалось все, чтобы обеспечить верноподданным возможность служить. Ну а стража следила, как бы населению не приходили в голову дикие мысли, что есть вещи более важные, чем желания короля.

Видео, искусство, новости, игры — все разрешенные развлечения нужны были для того, чтобы людям еще лучше работалось на благо короля. Они являлись частью сложного механизма давления на каждого индивида, окончательно убеждавшего: он живет лишь для того, чтобы выполнять королевские прихоти.

Гарр привык к такому порядку вещей. Но как медик, специализирующийся на психосоматике, он с интересом отмечал, что человеческий разум борется с окружающим миром.

Когда тело замерзает, оно сжигает больше энергии, чтобы сражаться с холодом. Нагреваясь, оно выделяет пот, чтобы избавиться от излишков тепла. Слабые существа не пытаются противостоять внешней среде. Они сдаются и умирают. Слабые не пытаются бороться с психическим давлением. Они уступают — и превращаются в живых роботов.

Но здоровые представители расы создают ментальные антитела, которые противостоят пропаганде. Народ Лорена, до предела измученный желанием правительства сделать из людей рабов, был переполнен ненавистью к королю — хотя за десять тысяч лет никто ни разу не видел хоть одну коронованную особу.