— Транспортак! — вдруг сказал детина в галстуке с таким мясистым и красным лбом, словно туда имплантировали говяжью отбивную. — Транспортак!

— Как — транспортак? — растерялась Марина.

— Транспортная компания — Транспортак, — объяснил детина.

Наступила удрученная тишина, и каждый в комнате переменил позу: кто досадно почесался, кто подпер голову другим кулаком, кто перекрестил ноги наоборот, а один чернявый и нервный macho de cabrio вынул из-за уха карандаш, покрутил его в пальцах и положил за другое ухо. Неряшливый админ плавно крутанулся на кресле, как антициклон, и снова стало душно.

— ТРАС! — вдруг поднял палец macho de cabrio с такой поспешностью, словно испугался, что мысль уйдет. — Транспорт России!

— Почему ТРАС? — удивленно обернулись к нему.

— ТРА-нспортная, — торжествующе объяснил macho de cabrio, — России. Вместе — Трас! Транспорт России! Как трасса! Тут очень важна позитивная черта имиджа — трасса. Скорость! Дорога! Надежность доставки! Трас! Трас — и готово! — Macho de cabrio явно переживал небывалый протуберанец интеллекта за последние несколько часов.

— О! Наконец-то! Мне нравится! — послышались голоса.

Затем все снова замолчали, обдумывая, и каждый переменил позу, но теперь в этой перемене было какое-то радостное весеннее предвкушение. A macho de cabrio пришел в движение полностью, даже начал зачем-то передвигать мизинцем пустые чашки по столу.

Даша посмотрела на меня, а затем вдруг негромко произнесла:

— Россия через «о» вообще-то пишется…

Все повернулись и озадаченно посмотрели на Дашу. Я одобрительно ткнула ее локтем.

— Вот черт… — огорчился macho de cabrio. — Точно, через "о".

— Ну, значит, ТРОС! — услужливо сообразил сисадмин, почувствовав вдруг свою полезность. — Одну букву поменять!

— Одну букву поменять, и уже плохая ассоциация для транспортной компании, — веско объяснил кто-то на дальнем конце стола. — Трос бывает только буксировочный. Вечно сломаны, значит.