Обычно такие колоссальные сооружения располагались в центре городского космопорта. Они откачивали энергию из ионосферы планеты для осуществления взлетно-посадочных операций и снабжения энергией всей планеты, а именно для промышленно-бытовых целей. Энергорешетка обычно устанавливалась на устойчивом монолите, выполненном из твердого материала. И еще одним важным условием при монтаже подобной установки было наличие места, предназначенного для хранения грузов.

Но здесь Кальхаун не увидел города. С одной стороны и в самом деле было здание диспетчерской службы. Оно было сооружено из каменного монолита, но к нему лепилось множество ветхих строений с покосившимися стенами и крышами, похожими на черепичные. На зеленой траве паслись коровы. Посадочная площадка космопорта служила пастбищем!

Кроме этого живописного нагромождения, поблизости не было ни жилых домов, ни других обычных для городского космопорта структур. Единственное шоссе, ведущее к энергорешетке, «стерлось», перестало существовать. Кальхаун прислушался к внешним микрофонам: ветер шелестел в железных конструкциях, и вдруг тоскливо замычала корова.

Кальхаун свистнул от изумления и, перейдя к другому экрану, задумчиво сказал, обращаясь к своему тормалю:

— Мургатройд, ты наблюдаешь в данный момент, если, конечно, наблюдаешь, одно из последствий человеческой ошибки. Я все еще не могу ответить на вопрос, где мы, потому что сомневаюсь в том, что эту часть Галактики вообще когда-либо снимали для звездных карт. Во всяком случае, я не прихватил с собой фотографий этого района космоса, чтобы сравнивать с теми, которые получил при панорамной съемке. Но могу с уверенностью сказать, что рейтинг этой планеты по возможности колонизации равен ноль целых ноль десятых, а это значит, что жить здесь, конечно, можно, но не разумно. Хотя люди поселились здесь и… сделали большую ошибку.