Жестом я поманил диск к себе. От простого движения руками, разумеется никакой реакции не произошло, но помимо жеста в это движение была вложена теплота и сочувствие. «Щенок» выплыл из укрытия и неуверенно приблизился.

– Ну! Лети сюда, непоседа. Ничего плохого я тебе не сделаю, – я медленно приближался к металлическому зверьку, успокаивая его разговором. – Малыша прогнали и обидели? И да ну их всех, ты лучше, чем они. Смотри, как переливаешься разными цветами, а они не умеют. Тебя прогнали из зависти.

То, что я говорил, было конечно чушью, как бы необычно и красиво не выглядел летун, его изгнали из стаи просто за то, что он другой. Смущало другое, судя по силе излучаемых эмоций и их характеру, диск обладал разумом, примитивным в чём-то, но интеллектом.

«Может, он не случайно напомнил мне щенка и его разумность, того же уровня?»,– я уже приблизился на достаточное расстояние, чтобы коснутся диска, который сейчас переливался золотыми оттенками. Но не спешил, продолжая тихонько наговаривать:

– Я тебя не обижу, – мне стало уже понятно, что хотела от меня стая. Может не совсем точно, но общий смысл стал ясен. Хоть дискоиды и изгнали щенка, но он оставался подобным им. А я как раз вовремя подвернулся, взяв на себя обязательство. Скорее всего, заключавшееся в присмотре за малышом.

– Кис-кис-кис! – щенков так конечно не зовут. Но откуда ему это знать, да и не щенок он вовсе, а металлический диск, вообще непонятно как бывший живым. Хотя моё «кис-кис», объяснялось проще, я напрочь забыл, как подзывают собак.

– Не бойся, малыш, – я тихонько прикоснулся, к холодному металлу дискоида, легко проводя пальцами по поверхности, поглаживая. – Всё будет хорошо, никто тебя не обидит и не навредит.