В таком случае у старшего да Винчи, очевидно, имелись какие-то обязательства по отношению к этому культу. Так как его первый ребенок родился, когда ему уже исполнилось 25 лет, а это весьма солидный возраст для мужчины в то время, то весьма возможно, что к 25 годам Пьеро да Винчи уже убедился в собственном бесплодии и воспользовался услугами древних богов, в частности, чтобы выпросить себе наследника. В результате он получил даже больше, чем рассчитывал. Но в любой религии, как бы глубоко в древность она ни простиралась, невозможно ничего получить «просто так». Необходимо чем-то пожертвовать или на крайний случай пообещать что-то отдать, если события будут развиваться благоприятно. Вот этим чем-то, вернее кем-то, и мог стать сын-первенец. К слову, такая практика была нередким явлением для многих языческих культов. А что может понадобиться древним, уже почти забытым богам? Только новые адепты, так как известно, что сила бога напрямую зависит от количества верующих в него людей. Но так как в случае с Леонардо был обозначен довольно специфический возраст (именно до четырех лет), то, скорее всего, речь шла о варианте не столько с адептом, сколько со жрецом. Очевидно, мальчик должен был непосредственно участвовать в каком-то ритуале с целью «посвящения» его в тайные знания, которыми наделялись жрецы. К сожалению, мы уже никогда не сможем узнать точно, что же произошло в деревеньке Анхиано в 1454 году. Но, судя по тому, с какой горячей радостью встретил малыша с матерью по возвращении их отец, все пошло по заранее задуманному плану. В чем же состоял этот план? Возможно, чуть позднее мы сможем ответить и на этот вопрос.

А пока вернемся к отношениям Леонардо да Винчи с его отцом. Хотелось бы попытаться ответить на вопрос - почему Пьеро так волновало наличие у сына способности одинаково хорошо владеть обеими руками? Да, безусловно, способность весьма ценная в повседневной жизни, но совершенно не дающая никаких значительных привилегий и дополнительных возможностей.