— Шло?

— …Позавчера там произошла катастрофа. На, прочти… Пока об этом знают немногие, — он протянул Сергею листок бумаги с машинописным текстом.

Это был рапорт одного из членов Административного Совета Марса председателю комиссии по внеземной экологии — своему непосредственному начальству. Сухо и немногословно сообщалось, что в таком-то часу, такого-то числа, в самом центре Леса (биологического объекта внеземного происхождения) зародился ураган (аномальное атмосферное явление) небывалой разрушительной силы, следствием которого явилось полное разрушение исследовательской станции и гибель цитолога Тахтаджяна, находившегося в этот момент в Лесу. Ураган бушевал целые сутки, но человеческих жертв, к счастью, больше не было. Считается доказанным, что причиной его возникновения является именно Лес, а не какие-нибудь другие причины.

— Комиссия по внеземной экологии предложила заняться этой проблемой одному из наших выпускников…

Как ни коротка была пауза, Сергей успел удивиться: очень уж серьезна, не по масштабам заключительного испытания, оказалась проблема, которой ему предлагали заняться. Дальнейшие слова профессора, однако, заставили его удивиться еще больше и забыть все здравые рассуждения.

— Поскольку задание связано с определенным риском, тебе разрешено взять напарника. Желательно эколога-ботаника. Кого бы это выбрать… Ну, скажем, Виктория Бармина, — директор посмотрел прямо в глаза Сергея. — Она, кажется, из вашей группы? Не возражаешь?

— Нет, — едва слышно ответил Сергей.

Во всей Вселенной был только один эколог-ботаник, с которым Сергей мечтал бы очутиться на Марсе и где угодно. Вика.