Умелов посмотрел на Мэри. Она сосредоточенно вела машину по прямой, как струна, улице Филадельфии.

— Хорошо. Что ещё мне следует знать перед знакомством с твоим отцом?

— Он очень любит говорить про Россию и политику. Но, поскольку, все знания о своей исторической родине он получил от своих родителей, а политические новости он черпает из деловой американской прессы, то его представления о сегодняшней России, мягко говоря, своеобразны. Поэтому, будь снисходителен к тем рассуждениям, которые он обязательно будет высказывать. И если, он вдруг спросит, как ты относишься к коммунистам, то, пожалуйста, скажи ему, что отрицательно.

— А к комсомольцам?

— Что «к комсомольцам»? — не поняла Мэри.

— Ну, если он вдруг спросит меня: как я отношусь к комсомольцам? — Олег, прищурившись, посмотрел на Мэри.

— Не спросит, — ответила она, почувствовав, что в этом вопросе был какой-то подвох.

— О чём он еще любит говорить? — как ни в чем не бывало, продолжил Умелов.

— Поскольку он не бизнесмен, а ученый, то все вопросы, касающиеся индексов, процентов и прочей экономической тематики ему не интересны. А вот мировая политика его может заинтересовать.

— Обязательно учту, — кивнул Умелов.

Мэри, не взглянув на своего будущего мужа, продолжала внимательно следить за дорогой.

* * *

Когда на пороге дома появился отец Мэри, к его встрече всё было уже готово. Вещи Олега лежали в гостевой комнате, а сам он сидел в гостиной, наблюдая за прямой трансляцией матча по американскому футболу. Из кухни доносился запах жаренного стейка. Это Мэри колдовала, готовя праздничный ужин на три персоны. Услышав, как щелкнул замок входной двери, Олег поднялся с дивана.

На пороге стоял высокий пожилой мужчина в сером утепленном плаще. В правой руке он держал большую дорожную сумку. Усы и борода делали его похожим на какого-то генерала царской армии.