— Интересная позиция. Я бы даже, сказал, крайне интересная. Скажите, Олег, а вы сами до этого додумались или в России есть политики, которые тоже стоят на подобных политических платформах? — в глазах Ивана Андреевича искрился неподдельный интерес к этой теме.

— То, что я вам сейчас сказал, это моё, сугубо личное мнение. Возможно, что оно ошибочно. Но это мое мнение и я им дорожу.

Иван Андреевич посмотрел на свою дочь и неожиданно воскликнул:

— Машенька, я очень рад, что твой выбор пал на такого интересного молодого человека, как Олег! У него есть внутренний стержень. Я думаю, что такой человек не подведет в жизни.

Повернувшись к Умелову, он продолжил:

— Молодой человек, вы не хотите мне, как родителю этой прекрасной девушки, что-то сказать?

Олег немного опешил от такого резкого разворота в беседе, но, справившись с волнением, всё же произнёс:

— Иван Андреевич, я люблю вашу дочь. Прошу вас отдать мне ее в жены.

— Слава Богу! А я уж начал думать, что вы так и не решитесь сказать о главном.

Довольный отец разгладил пальцами свои усы. Затем он встал из-за стола, подошёл сзади к сидящим рядом Мэри и Олегу и, чуть наклонясь, положил им на плечи свои руки.

— Я даю вам свое отцовское благословление. Надеюсь, что вы осознанно, на всю свою жизнь делаете свой выбор.

Мэри повернулась к отцу. В её глазах блестели слёзы. Это были слёзы радости и счастья.

* * *

Сегодня, впервые за два месяца, Олег лёг спать один, без Мэри. Конечно, он бы мог тайком пробраться к ней в комнату, когда заснет ее отец. Но после того, как Мэри настойчиво попросила его потерпеть несколько дней, Олег решил не испытывать судьбу.

Чтобы хоть как-то занять себя, он стал продумывать план своего предстоящего расследования в Америке.