Напряжение сходит на нет; волки подталкивают друг друга локтями, посмеиваются. Северные дамы и кавалеры шепчутся, опуская ресницы и улыбаясь. Элсу и Кору уходят к флигелю для гостей Государя, Эткуру провожает их. Ко мне подходят Юу и Ар-Нель.

Юу изображает северного бойца: куртка поверх кафтана надета в один рукав, длинная прядь выбивается из косы, всех украшений - только пара чеканных браслетов на запястьях. Зато милый-дорогой Ча - в своём репертуаре: бус, браслетов, пряжек и брошек на нём килограмма два, расшитые полы кафтана - до щиколоток, вдобавок, он поигрывает шёлковым веером, расписанным хризантемами, на длинной муаровой ленте.

- О, Ник, - говорит Ар-Нель весело, - мир окончательно пробудился от сна, на душе - весенняя радость, и всё тело наполняет предчувствие дальней дороги, не так ли?

- Знаешь, что, сердечный друг, - говорю я, - хоть я и отношусь с благоговением к твоим дипломатическим талантам, всё равно это путешествие кажется мне авантюрой. Рискованной авантюрой.

Ар-Нель победительно смеётся, смахивает с кончиков пальцев воображаемые капли.

- Ах, Ник, меня ведёт Судьба, меня ведёт История, меня ведёт любопытство, неутолимое, как истинная страсть! А Господину Второму Л-Та неймётся потому, что хочется вписать имя в Звёздные Скрижали и доказать, наконец, всему свету, что именно он - Истинный Брат Государыни!

Юу фыркает.

- Вы не можете сказать ни единого слова, не воткнув в него иглу, Глубокоуважаемый Господин Ча! Иглы растут у вас прямо во рту или появляются откуда-нибудь изнутри?!

- Из глубины моей бездонной души, - заявляет Ча самодовольно. - Мой щедрый подарок существам, чей меч, увы, заточен лучше языка.

- Ничего себе! - возмущается Юу. - Как бы вам не зарезаться собственным языком, Ча! Будьте осторожны с таким острым предметом во рту - а мне хватит и клинка, я считаю.