И какие-то запоздалые крики.

И громкий, дурацкий голос, который твердил над самой ее головой: "Воздуху, дайте ей воздуху!", отчего толпа смыкалась еще теснее.

Потом небо, которое она рассматривала даже с некоторым упоением, вдруг исчезло, заслоненное чьей-то внушительной тушей. Человек, затянутый в голубой с золотыми пуговицами мундир, держал в руках ледериновый блокнотик и бормотал:

- О'кей, о'кей, что случилось? Да разойдитесь, разойдитесь же ради Бога!..

Интересны и разнообразны были расходящиеся кругами по толпе умозаключения, толкования и объяснения происшедшего:

- Оно сбило ее с ног.

- Какой-то парень сбил ее с ног.

- Он сшиб ее на землю.

- Какой-то парень толкнул ее так, что она упала.

- Прямо среди бела дня, у всех на глазах, этот парень...

- Нет, этот парк с каждым днем становится все опаснее...

И так далее, и так далее, до тех пор, пока искаженные факты вовсе не перестали соответствовать действительности, ибо щекочущие нервы эмоции в конечном итоге всегда оказываются важнее истины.

Еще сколько-то времени спустя в круг протолкался еще один персонаж, явно обладавший более крепкими, чем у остальных, плечами. Он тоже держал наготове блокнот, в который то и дело заглядывал, готовясь вычеркнуть "красивую брюнетку" и переправить ее на "привлекательную" для вечернего выпуска, так как считается, будто эпитет "привлекательная" в своей пошлой затасканности вполне адекватно (и вместе с тем - никого не задевая) отражает внешний вид любой женщины, фигурирующей в качестве жертвы в вечерней сводке новостей.

Блестящая бляха и широкое красное лицо наклонились ниже.

- Как ты себя чувствуешь, сестренка? Ты сильно пострадала?

И по толпе, как эхо, понеслось:

- ..Сильно пострадала, сильно пострадала, пострадала сильно, она искалечена, он избил ее до потери сознания...

Еще один человек, одетый в светло-коричневое габардиновое пальто - с ямочкой на подбородке и тенью щетины на щеках, узкоплечий и целеустремленный, как бурав, - появился из толпы.