Он шмыгнул носом. Это сообщение вряд ли поднимет настроение Макса Перри.

— Капитан Ребка ближе, чем мы думали, сэр, — сказал он. — Он покинул Звездное полушарие несколько часов назад. Его аэрокар должен приземлиться с минуты на минуту.

— Спасибо, Берди. — Перри не шевельнулся. — Попроси, чтобы служба Слинга держала нас в курсе.

— Я это сделаю, командор. — Келли понимал, что его выгоняют, но решил не обращать на это внимания. — До того, как сюда явится капитан Ребка, вам надо взглянуть на это, сэр.

Положив папку на плетеную крышку стола между ними, Келли снова уселся и стал ждать. Торопить Макса Перри в его нынешнем состоянии не следовало.

Потолок комнаты был прозрачным и смотрел прямо в небо Опала, обычно затянутое тучами. Местонахождение дома выбиралось очень тщательно. Он находился почти в центре Тектонового полушария, где атмосферная циркуляция время от времени создавала просветы в облаках.

Сейчас в облачном покрове появился как раз такой краткий предсумеречный разрыв, и в нем был виден Тектон. Его поверхность находилась всего в двенадцати тысячах километрах от Опала, и поэтому серо-фиолетовый шар Тектона нависал над Опалом словно огромная переспелая слива. С такого расстояния он казался вполне спокойным, но размытый ореол вокруг планеты, смягчавший ее контуры, говорил о бушующих там пыльных бурях.

До Летнего Прилива оставалось только тридцать шесть дней, меньше двух стандартных недель. Через десять дней Перри отдаст приказ об эвакуации с поверхности Тектона, потом лично проследит за этим. За последние шесть лет он был последним человеком, покидавшим Тектон при исходе и первым возвращавшимся после Летнего Прилива.

Для Перри это стало обязательным. И независимо от того, что захочет Ребка, Берди Келли был уверен, что Макс Перри постарается снова поступить так же.

Ночь уже наступала на Опал.