Но нужно уходить с этого места, пока сопровождающая танки пехота не подошла на расстояние броска гранаты. Андрей повернулся, собираясь отдать команду, и услышал: "Комиссар, ложись!" Боковым зрением уловил, как на пол падает "колотушка", и прыгнул в дальний от неe угол. Упал на грудь, прикрыл голову руками, ожидая взрыва. Как будто невидимой плетью стегануло по ноге. Спустя мгновение шока пришла боль. На правой ноге расплывалось пятно крови. Андрей попытался сдвинуть еe и заскрипел зубами от нестерпимой боли.

Метнулся к окну Корнеев, одну за другой отправил вниз три лимонки, дождался взрывов и, высунув за окно автомат, полил длинной очередью тех солдат противника, которые могли уцелеть при взрыве.

- Какого х... стоите! - Проорал он на гранатомeтчиков. - Выносите комиссара!

Повернулся к проeму окна и уже прицельно стал посылать короткие очереди вниз. К нему присоединился один из его бойцов. Второй из них неподвижно лежал в паре метров от Андрея, ну а третий, кривясь от боли, баюкал замотанную окровавленными бинтами правую руку. Кажется он и кричал после взрыва снаряда.

Гранатомeтчики, подхватив батальонного комиссара под руки, вытянули его в соседнюю комнату, извлекли индивидуальные пакеты, неумело намотали бинты поверх одежды. Повязка мгновенно покраснела, но кровь уходила медленнее, давая надежду на то, что Андрей не умрeт от еe потери.

Выскочил из проeма двери Корнеев, за ним, прихрамывая, показался раненый боец.

- На улицу! - скомандовал сержант. И гранатомeтчики, подхватив Андрея под мышки, потащили его вниз по лестнице.

- Правее триста. - Подал команду Панкратов. - Кажется, артиллерийский корректировщик.

Павел перевeл прицел вправо. Действительно, на одном из верхних уровней пожарной вышки пристроился немец с биноклем, торопливо обшаривая взглядом окрестности.

- Расстояние - восемьсот. Ветер северный - три метра в секунду. - Продолжал Андрей.