— Генри, что с тобой? — с тревогой спросил Кенни. Теперь он не сомневался, что Костлявый Морони переборщил с диетой.

— О-о-о-о-о, — с облегчением выдохнул Морони. — Ничего, ничего. Со мной все в порядке. — Однако в его голосе не слышалось ни малейшей радости. — Я в прекрасном состоянии. Все чудесно, Кенни. Я не был таким стройным с… ну, если честно, то никогда. Это настоящее чудо. — Он слабо улыбнулся. — Скоро цель будет достигнута, и тогда все будет кончено. Думаю, я сумею достигнуть своей цели. Даже не знаю, сколько я вешу. — Он поднес руку ко лбу. — Но я стал стройным, действительно стал. Как ты считаешь, я хорошо выгляжу?

— Да-да, — нетерпеливо ответил Кенни. — Но как? Ты должен мне рассказать. Я не верю, что тебе помогли эти фальшивки из клуба…

— Нет, — слабо покачал головой Морони. — Нет, это лечение мартышками. Вот, я напишу для тебя. — Он взял карандаш и нацарапал на салфетке адрес.

Кенни засунул салфетку в карман.

— Лечение мартышками? Я никогда о нем не слышал. И в чем оно состоит?

Генри Морони облизнул губы.

— Они… — начал он, но тут у него начался новый приступ, и его голова вновь повернулась под невероятным углом. — Иди, — сказал он Кенни, — отправляйся туда. Это работает, Кенни, да. Лечение мартышками, да. Я больше ничего не могу тебе сказать. У тебя есть адрес. Извини. — Он положил обе ладони на стол, с трудом поднялся и двинулся к стойке, шаркая ногами, как старик.

Кенни Дорчестер посмотрел ему вслед и пришел к выводу, что Морони определенно перестарался с лечением мартышками, в чем бы оно ни состояло. Раньше у него никогда не было тика и судорог. Тут необходимо знать меру, сказал себе Кенни.

Он похлопал по карману, определяя, что салфетка с адресом на месте, и решил относиться к лечению не так, как Костлявый Морони. Вернувшись в свою кабинку, Кенни принялся за вторую порцию ребрышек. В тот вечер он насладился четырьмя порциями, поскольку перед диетой решил себя не ограничивать.