– Доброе утро, Титус, – произнес он самым жизнерадостным тоном.
Кассар от неожиданности вздрогнул и поспешно спрятал потрепанную брошюру под кипу сводок о готовности различных систем.
– Ты опоздал, – быстро оправившись, заметил он. – Рабочий день начался час назад, а пунктуальность – отличительное качество добропорядочного человека.
– Ой, Титус, не начинай все сначала, – протянул Иона и, изловчившись, вытащил из стопки бумаг брошюру, так торопливо убранную Кассаром.
Тот попытался ее отобрать, но Джонах оказался проворнее и помахал книжечкой.
– Если принцепс Турнет застанет тебя за подобным чтивом, ты превратишься в оружейного сервитора даже раньше, чем узнаешь, кто тебя ударил.
– Джонах, отдай, пожалуйста.
– Я не в настроении выслушивать еще одну проповедь из книжонки Божественного Откровения.
– Ладно, я ее уберу, только отдай, хорошо?
Иона протянул бумажную брошюру Кассару, и тот быстро спрятал ее в карман форменной куртки. Иона потер виски костяшками пальцев.
– Ну ладно, а что за суматоха? Неужели наша подружка еще не готова к предпусковым испытаниям?
– Иона, я тебя прошу, перестань говорить о машине как о женщине. Это похоже на языческое очеловечивание, – взмолился Кассар. – Титан – это военная машина, и ничего больше; сталь, адамантий и плазма, которую контролируют существа из плоти и крови.
– Как ты можешь такое говорить?! – воскликнул Арукен, неспешно шагая к покрытой стальными пластинами ноге и поднимаясь по ступенькам, ведущим к овальному люку. Он похлопал ладонью по толстому слою металла. – Это определенно она, Титус. Посмотри на ее стройные ножки, на плавный изгиб бедер, и разве она не несет нас внутри подобно матери, защищающей нерожденное дитя?