За порогом его ждала свежая, вкусно пахнущая, улыбающаяся Вероника.

Макс прошел мимо подруги, упал на кресло.

- Прости, - сказал он. - Прости, сегодня не могу. Знаешь, устал. Голова болит. Да и на работе перенервничал. Стрессы, авитаминоз. Понимаешь?

Девушка сочувственно покивала головой.

- Кушать не хочу, - чувствуя облегчение, сказал Макс. - Я пойду лягу, ага?

Не дожидаясь ответа, побрел в спальню, радуясь тому, что обошлось без сцен. 'Нормальная женщина, кстати, могла бы закатить истерику...'

Холодная подушка, хрустящие, чистые простыни. Макс блаженно вытянулся на постели.

'Хорошо, что заказал только одну, - подумал он, почти заснув. - А ведь сначала разгорячился так, что даже о двух думал'. Он провалился в сон, улыбаясь от счастья.

Посреди ночи до ушей человека донесся неясный шепот... Кто-то разговаривал? Показалось! Макс опустил голову на подушку.

- Милый! - долетело слева.

- Милый! - донеслось справа.

- У-у-у! - пробормотал Максим.

- Милый! - послышалось и справа, и слева. - Мы соскучились.

- А-а-а! - заорал Максим, подскакивая на месте и закрываясь одеялом. Где Вероника? Кто вы?

- Мы?! - хором ответили девушки. - Мы - Полли и Долли! Близняшки...

- Отстаньте, - шептал Максим. - Прошу вас, отстаньте! Мне ничего не надо. Честное слово. Ну что вы делаете? Я больше не могу быть мужчиной...

Пальцы, горячие языки Полли и Долли заставили забыть об этих словах.

- Господи-и-и, - простонал он. - И выпить-то нечего...

К утру Максим чувствовал себя совершенно разбитым, изможденным. На станции переливания крови был коммунистический субботник, кто-то сгоряча сдал двадцать доз...

День прошел в бреду. Вокруг Макса колыхались разноцветные воронки, нашептывая: 'человееекккку никкккокттаааа не бываааает хорррошооооо'.