Эти глаза непроницаемо смотрели на Сомса. Тот несколько секунд глядел в лицо старика. Потом медленно опустил капюшон. Вернулся к серебряной скатерти. Грейдон заметил, что вся краска сбежала у Сомса с лица. Он опустился на свое место, жадно отпил вина, и рука, державшая золотой кубок, дрожала.

Он пил и пил, и скоро вино разогнало испытанный им ужас. Опустошили кувшин, затем другой, прежде чем Сомс неуверенно встал.

- Ты права, сестра, - полупьяно сказал он. - Всегда обращайся с нами так, и мы будем приятелями.

- Что он сказал? - спросила Суарра у Грейдона.

- Он одобряет твое... обращение, - сухо ответил Грейдон.

- Хорошо. - Суарра тоже встала. - Тогда идем.

- Идем, идем, сестра, не бойся, - улыбнулся Сомс. - Данк, оставайтесь здесь и присматривайте. Пошли, Билл, - он хлопнул Старрета по спине. - Все отлично. Идемте, Грейдон, - что прошло, то быльем поросло.

Старрет с трудом встал. Обнявшись с уроженцем Новой Англии, она пошли в палатку. Данкре, на которого, казалось, вино не действует, сел на камень и начал свою вахту, держа ружье наготове.

Грейдон задержался. Сомс забыл о нем, по крайней мере на время. И Грейдон решил воспользоваться возможностью и поговорить с этой странной девушкой, чья красота и свежесть тронули его, как не трогала ни одна женщина. Он придвинулся ближе, и его поразил аромат ее волос; прикоснулся к ее плечу - его будто обожгло.

- Суарра... - начал он. Она обернулась и приложила палец к губам, заставив его замолчать.

- Не сейчас... - прошептала она. - Не сейчас... не говори, что у тебя на сердце... не сейчас... и, может, никогда. Я пообещала, что спасу тебя... если смогу. Но это обещание вызвало другое... - и она взглянула на молчаливую фигуру в капюшоне. - Поэтому не разговаривай со мной, торопливо продолжала она, - или если должен - говори лишь об обычных вещах.