– Ладно, – собравшись с духом, тихо прошептал мальчик, – Я сделаю это, но только после всех. Вряд ли первым прыгнул бы Риордан, такое было просто невозможно представить. Он стал верховодить компанией ребят около двух лет назад, когда его семья переехала на эту планету.

Бросив последний взгляд на мрачную и холодную расщелину, Дэвид отошел от ее края на добрых двадцать шагов. Мальчик знал, что нужно сделать хороший разбег. Если не удастся как следует разбежаться, он просто не допрыгнет до противоположного края и навсегда сгинет в черной бездне. На какое-то мгновение перед глазами Дэвида предстало жуткое видение: холодный мрак и хруст ломающихся костей. Но эта картина быстро исчезла.

Риордан не произносил ни звука: больше не было никакой необходимости подгонять младшего товарища.

Глубоко вздохнув, Дэвид напрягся. Все его мускулы натянулись как струны. Неожиданно мальчик услышал завывание ветра, гуляющего по этому безжизненному плато. Каждая скала, каждая пещера, каждая расщелина издавала свои звуки, сливающиеся, в конце концов, в один жутковатый протяжный вой.

Дэвид услышал биение своего сердца. Казалось, оно готово было выпрыгнуть из груди. Пригнувшись, мальчик бросился навстречу бездне.

Через секунду или две он увидел надвигающуюся на него расщелину, похожую на хищную, готовую проглотить, пасть чудовища. Поравнявшись с ребятами, Дэвид услышал чей-то стон. Ему показалось, что это была Медфорд. Но ее стон не остановил мальчика. Добежав до края расщелины, он с силой оттолкнулся правой ногой и взмыл над пропастью. Невероятно, но за мгновение, пока Дэвид перелетал с края на край, его посетили тысячи мыслей.

Позади остались и казавшаяся непреодолимой пропасть, и страх, сковывающий тело и душу мальчика. Дэвид коснулся твердой поверхности; и его тело, маленькое и тщедушное, несколько раз перекатилось по острым мелким камням.