– Первый офицер Спок и главный врач Леонард Маккой.

Несмотря на свою сутулость, Фаркухар оказался выше капитана на целую голову. Это был человек неопределенного возраста. Маккою показалось, что ему между сорока и шестьюдесятью годами. У Фаркухара были тонкие, аккуратно зачесанные волосы песочного цвета, а над затылком возвышался забавный хохолок, придавая всему официозному облику посланца слегка комический оттенок. Под высоким лбом прятались неподвижные водянистые, глаза. Фаркухар бросил оценивающий взгляд на вулканца и доктора и скривил свои тонкие губы, выразив таким образом неудовольствие.

Маккой увидел в госте легко узнаваемые, характерные черты настоящего дипломата и тяжело вздохнул. Он встречал таких людей в разных обличьях, – но их всех объединяло патологическое следование законам федерации и пренебрежение к любой миссии, кроме своей собственной.

Иногда посланцы казались свойскими парнями, одобрительно похлопывающими по плечу, хотя все видели их неискренность. Крайне редко они покоряли серьезностью и обстоятельностью, добиваясь даже уважения к себе.

К несчастью для Фаркухара, он не обладал ни одним из этих качеств, являясь типичным, легко узнаваемым действующим лицом.

– Посол Фаркухар, – кивнув, сухо поприветствовал Спок.

– Офицер Спок, – ответил Фаркухар неожиданно глубоким и мелодичным голосом, никак не соответствующим облику посланца.

Неужели доктор ошибся в госте? Маккой никогда не был настолько твердолобым и упрямым, чтобы упорствовать в своих заблуждениях.

– Рад вас видеть, – произнес Боунз, вскинув вверх руку в знак приветствия и подыскивая самые общие и безобидные слова. – Не встречались трудности на пути к нам? Полет был легким?

– Да, это можно назвать так, – ответил Фаркухар и, сузив почти до щелочек свои сверлящие водянистые глаза, поинтересовался:

– А что, были какие-то проблемы перед нашей встречей?