Голоса раздавались в темноте. Пахло сыростью и каменной крошкой.

- Это должна быть достойная жертва.

- Да.

- Место мне нравится… здесь все галереи поворачивают влево, легко заблудиться.

- Так и задумано. Центральное помещение имеет два одинаковых проема, это сбивает с толку, заставляя ходить по кругу. Виток, еще виток, и по телу пробегает озноб, а волосы поднимаются от ужаса. Остаться навсегда в полном мраке… Брр-р-ррр! Во тьме даже время умирает и живет только страх.

- А мне кажется, я все вижу… стены, потолок, куда поворачивать… у меня появилось кошачье зрение.

- Зато они слепы, шагу не ступят без свечи и фонарей.

- Поэтому я хочу, чтобы горели факелы, настоящие, как тогда.

- Приготовим. Сначала умрет она, потом он. Запомни! Без ее помощи он ничего не смог бы сделать! Она должна платить…

Глухое эхо носилось под низкими сводами. Где-то капала, просачиваясь, вода.

- А флейты, арфы, барабаны? Сердце замирает от их леденящего душу ритма, от их мистических переливов.

- Все будет. Я устрою.

- У нас получится?

- Разве есть выбор? Я не могу больше ждать… оно пожирает. Особенно ночью, когда все спят и наступает тишина, раздаются эти ужасные звуки. А мысли? С ними что делать? А сны? Лучше вообще не закрывать глаза.

- Начало есть точка исхода. Только оттуда можно повернуть все вспять. Он и она умрут.

- Осталось совсем немного, но каждый миг - словно открытая рана.

- Они увидят танец смерти!