Да и вообще все это не объясняет, отчего же все-таки умерла Саманта Тревор. Я видел эту картину. Симпатичная женщина лежит как ни в чем не бывало, только раскрылась, как будто ей стало жарко, левое бедро в крови и кровавая лужа под кроватью. Доктор Лок без обиняков заявил, что благоразумнее всего молчать. Сам он был просто в шоке, но сообщать кому бы то ни было о случае с миссис Тревор, по его мнению, не имело никакого смысла — мы только посеяли бы панику в городе, а решить загадку все равно никто бы не смог.

С легкой руки Хокинса в печати и появилось то, о чем вам рассказал агент по недвижимости, и больше ничего. Честно говоря, мне не очень-то верилось, что подобная скрытность поможет. У нас здесь все-таки не Филадельфия и не Детройт. Но, как ни странно, люди ничего не знают об этом. Иначе до меня обязательно дошли бы слухи. Так что, миссис Шилдс, я очень прошу оставить рассказанное между нами, если вы передумаете…

— Да, да. Вы можете положиться на меня. Тем более… это ужасно… но я… очень долго мечтала о таком доме. Вы меня понимаете?

— Конечно. Выбирать вам. Я лишь обязан был сообщить вам о странностях, связанных с прошлогодним убийством.

— Я благодарна вам за то, что уделили мне свое время. Очень признательна, мистер Лоулесс.

— Не стоит благодарности. Миссис Шилдс! Если вы надумаете переезжать в Оруэлл, я желаю вам хорошо здесь устроиться.

— Спасибо, шериф! Извините, но мне пора идти.

— Да, конечно. Я провожу вас.

Чарли Лоулесс смотрел вслед «крайслеру» с номерными знаками штата Массачусетс, за рулем которого сидела женщина с роскошными каштановыми волосами, пока машина не скрылась за поворотом. Энн Шилдс холодно попрощалась с ним, и Чарли вдруг подумалось: уж не сочла ли она его рассказ просто вымыслом, на который он пошел, быть может, по своим личным мотивам? Например, его желанием самому в ближайшем будущем завладеть этим уцененным домом. Лоулесса оставило терзавшее его с самого утра беспокойство. Не то чтобы он решил махнуть на все рукой, просто эта семья хочет купить дом — и точка. А что там год назад были обнаружены четыре трупа, так это уже не имеет никакого значения. Мало ли в Америке продается домов и квартир, где случалось подобное? «Чарли! На ней нет ни царапины! Откуда же кровь? Господи, сколько кровищи! Чарли, может, я сплю?» Голос Гэла Хокинса возник некстати, и Лоулесс прогнал неприятные воспоминания.