Первый бомж, самый старый, обросший седой бородой, обернулся.

- Не ори. Как бы кто не услышал, - вполголоса сказал он.

- Тока ты ни хрена не слышишь. Долго еще, говорю?

- Да пришли уж. Вона, за теми березами темнеет. Видишь?

Варлей посмотрел в указанном направлении, проворчал:

- Днем надо было идти, ни хрена бы нас тут никто не засек…

Старинный склеп графов Вороновых до половины занесен снегом. Чугунная дверь с кованым барельефом, изображающим распятого Христа, приотворена. Снега нанесло и на полуразрушенные каменные ступени, уводящие вниз, под землю. Внизу – густая тьма.

- Ну что? Так и будем стоять? – спросил Варлей. Спросил почему-то шепотом. – Где фонарь?

- Так у тебя.

- А-а… точно, мля. Пошли.

Варлей вытащил из-под вороха одежд краденый водонепроницаемый фонарь. Щелкнул переключателем раз, другой, третий… наконец фонарь включился. На снегу появилось тусклое желтое пятно.

- Батарейки того гляди сдохнут… - пробурчал Варлей. – Ладно, если что – костер разведем.

Он направил слабый луч на ступени и начал спускаться. Остальные двинулись за ним. Внизу оказалась еще одна чугунная дверь. Варлей нервно толкнул ее, дверь отворилась с пронзительным скрипом. После вечернего морозца внутри показалось тепло. Вот только запах… Привычные и к свалкам и к загаженным подвалам бродяги скривили носы. В затхлом воздухе присутствовало что-то омерзительное…

Представшая взору охотников за цветметом усыпальница оказалась неожиданно просторной. Тусклый луч фонаря выхватил из темноты ряд саркофагов. Массивные каменные гробы невозмутимо стояли у стены, безучастные к делишкам живущих.

Варлей повел фонариком. Блеснули желтым крупные шары – по шесть на каждом саркофаге. Он бросился вперед, посветил на один шар в упор.

- Чего это? Латунь что ли?