— Ты должен понять, как обстоят дела, лорд король. Поместье Бэлсера словно нож врезается в земли, находящиеся под властью Араджиса. Если оно окажется в твоей власти, то это будет почти равносильно твоему вторжению в его владения.

Джерин тоже нахмурился. На месте Араджиса он бы воспринял ситуацию так же.

— Я не собираюсь использовать это поместье в качестве ножа. Оно послужит мне щитом против Араджиса, — сказал он. — Если владения Бэлсера попадут в его руки, то они станут для меня столь же опасными, какими могут стать теперь для него, как он считает. Однако прошу тебя, напомни Лучнику, что это ведь именно он проехался с армией колесниц вдоль границ поместья Бэлсера, пытаясь запугать его и склонить к подчинению. Я ничего не смогу поделать, если Бэлсер решит обратиться ко мне.

— Лучше бы этот Бэлсер одинаково ровно относился к тебе и Араджису, не склоняясь ни на чью сторону, — сказал Мэрланз.

— Это было бы великолепно, — согласился Джерин. — Все и было великолепно… до недавней поры. Не я это изменил. Теперь Бэлсер не верит, что Араджис будет держать себя в рамках. Неужели я должен ему сказать: «Нет, извини, я не стану защищать тебя от твоего соседа, даже если ты меня об этом попросишь»?

Мэрланз погрустнел.

— Я знал, что это глупо, — пробормотал он.

Эти слова вряд ли предназначались для ушей Лиса. Но посол Араджиса взял себя в руки:

— Лорд король, мне очень жаль, однако я не наделен какой-либо свободой действий. Король Араджис велел мне передать, что, если Бэлсер станет твоим вассалом, это будет означать войну между вами.