Я хватаю с дивана комнатную подушку и, выставив её перед собой, бросаюсь навстречу Лизе. Короткий удар — девушка падает на пол, а кусок стекла, пропоров ткань наволочки, застревает в перьях, словно тонущий турист в болоте.

Эта сука не сдаётся, она пытается снова поцарапать меня ногтями.

Я изо всех сил бью её ногой в живот.

Потом ещё раз.

Ещё.

Ещё.

Лиза затихла.

— Всё?! — кричу я. — Всё?! Ты больше ничего не хочешь сделать?! Ты уже устала?!

Я отпинываю в сторону подушку с куском стекла и располагаю чуть поодаль видеокамеру, так, чтобы моя «восходящая порнозвезда» оказалась в кадре. Затем прижимаю шею Лизы ногой к полу и начинаю одеваться.

— Ну что, милая? Дать тебе кучу денег? Тебе, тебе одной! Все деньги, и только валюту! Получи аванс, шлюха!

Ещё один пинок.

Я слышу её всхлипывания.

Пожалуй, дальше здесь нечего делать. Всё самое интересное уже заснято и записано.

Я на пороге — собираюсь уйти. Бросаю последний взгляд в комнату и вижу, как Лиза вскакивает с места и кидается к осколку, застрявшему в подушке.

Меня пробивает истеричный смех.

Господи, одно слово — тупая тёлка.

Лиза смотрит на меня, понимает, что осколок ей никак не поможет, отбрасывает своё бесполезное оружие и бежит на кухню в надежде найти там что-нибудь более надёжное и смертоносное.

— Ублюдок! Говно! Козлина! — кричит она.

Ещё несколько секунд я наблюдаю в маленьком дисплейчике её метания, затем запись заканчивается.

Отлично. Отлично.

Я спрятал камеру в карман куртки.

Видео просто замечательное, хороша каждая секунда, вот только… только…

Только что-то в кабине шло не так.

Лифт не двигался.

Лампочка над головой нервно мигала, а цифра «5» на электронном табло никак не хотела превращаться в «4».

Я осторожно переступил с ноги на ногу. Под подошвами захлюпала гепатитная рвота, и её сладковато-мерзостный аромат усилился.