– Еще бы! Я прожил там пять лет!

– Писали детективные романы?

– Нет, – поморщился Коннорс. – Составлял скетчи, которыми затыкали дыры между двумя рекламами о том, как нужно стирать и каким мылом, чтобы оставаться в хорошем настроении. Нелепые сказки о том, как изменится ваша жизнь, если вы переведете компании деньги и получите кусок настоящего чуда, которое сделает вашу одежду не хуже, чем у самой прекрасной звезды Голливуда.

– Мама слушала эти скетчи каждый день, – рассмеялась Элеана. – Не представляю, как можно этим долго заниматься и все это выдерживать.

– Настал такой день, когда мне стало невмоготу.

– Но это хорошо оплачивалось?

Коннорс прикурил две сигареты.

– В течение пяти лет у меня было самое меньшее восемьсот долларов в неделю.

– И вы все бросили?

– Увы!

– И теперь вы на мели?

– Я не на мели, у меня есть сто тридцать два песо. Хорошее будущее!

Он сбоку посмотрел на девушку. Вероятно кто-то из ее предков был славянином. Скулы Элеаны были высокими, щеки немного западали, а губы прекрасно очерчены. Временами она хваталась за грудь, как будто ей было трудно дышать. Встретив взгляд Коннорса, Элеана отвернулась.

– А вы не лишены претензий!

У Коннорса участился пульс. Теперь он хорошо разобрался в ней. Мисс Хайс не была ни тихоней, ни распутницей. Такие девушки развратны не более, чем девственницы. Она делала, что хотела и с тем, кого сама выбирала, но все это в определенных рамках приличия, как и подобает леди. Если бы генерал Эстебан был джентльменом и вел себя соответственно, то он возможно, и добился бы своего.

Урапан оказался небольшим городком, каких много везде – базар, центральная площадь и красивый городской сад, через который протекала река. В городе – обычные полицейские, и никто не обратил внимания ни на Элеану, ни на Коннорса.

Эд почувствовал себя несколько лучше. Может, Эстебан только ранен и молчит, чтобы не портить себе репутацию?