— Информацию ты получил от Кита Сойера? Ну и негодяй!

— Нет, это не так. Хоукс нанял меня прямо в его кабинете, предварительно вылив ведро помоев па лейтенанта. Я согласился с некоторыми оговорками. Сегодня в три часа дня я должен дать окончательный ответ. Теперь я здесь, и без вашего благословения не могу браться за эту работу.

— Правильно поступил, что пришел ко мне. Ты можешь заниматься поисками пропавшей жены, но ты не должен переходить рамок этого задания.

— То есть не совать нос в дело об убийстве? Но в таких делах легко перейти грань и не заметить этого. Заранее не знаешь, за какую ниточку ухватишься и куда она тебя приведет. Если бы вы меня ввели в курс дела, то я бы не чувствовал себя полным идиотом и смог ориентироваться в ситуации. Границы моей деятельности стали бы зримыми.

— Я всегда знал, что голова у тебя па месте. Скажу тебе так, сынок… У меня есть основания считать, что Хоукс убил свою жену и теперь разыгрывает историю с ее исчезновением. Лионел Хоукс нет в живых, и поиски этой женщины ни к чему не приведут. Ее муж об этом прекрасно знает и поэтому может себе позволить устраивать представления. Скандалит в полиции, нанимает сыщиков, грозит, страдает, скулит и возмущается.

— Возникает вопрос, сэр. Каков мотив убийства?

— Деньги! Разве ты не знаешь, что это главный и единственный мотив большинства преступлений? Со смертью жены Хоукс становится единственным владельцем состоянии. Наличность, усадьба, земли, ферма и главное —  научный центр Ричардсона, в который входит не только клиника, но и авторские права на труды профессора Ричардсона —  многотомное сочинение, издаваемое по всему миру. Пока его жена жива, все это принадлежит семье. Не в интересах Хоукса делить прибыль пополам.

— Никогда не думал, что имущество необходимо делить. В моем представлении семья —  это монолит.

— Идеальный вариант, но не жизнеспособный.