«Анита Ризе» значилось на табличке. Денис с любопытством обернулся, чтобы посмотреть еще раз на дверь, мимо которой его провели. Видимо, немочка. Молоденькая, симпатичная. С чего это ты взял? – тут же урезонил он себя. Может, совсем наоборот – старая ведьма с трясущимися руками и в инвалидной коляске.

А на другой двери написано: «Ах Пец Бакаль» – странное, непонятное имя. Сразу и не определишь, кому принадлежит.

Но в том, что на табличках указаны имена, сомневаться не приходится. На двери его комнаты висит точно такая же табличка, и на ней написано: «Денис Чеглоков». А он и есть Денис Чеглоков. Только вот что он здесь делает, непонятно.

Тюрьма, лечебница? Но больше похоже на психушку. Как же он так влип?

Ярко освещенный коридор без окон, по всей вероятности огибал дом по периметру. Дениса и вчера на встречу с доктором Поланским вели тем же путем двое то ли санитаров, то ли охранников. Охранники не говорили ни слова, зато доктор разливался соловьем, но ничего определенного не сказал. Жизнерадостный такой доктор, хотя и совсем лысый. Лысый, как электрическая лампочка. Но не старый. Ненамного старше Дениса. Тридцати с небольшим лет.

Доктор утверждал, что Дениса поместили сюда для реабилитации. После сильного психического потрясения, которое он испытал в казино. Глупости он говорит, этот доктор Поланский. Если потрясение и было, то физическое. Один раз по морде и два раза по ребрам. Впрочем, намерения у нападавших были, безусловно, более серьезные, чем простой мордобой. Надо будет сегодня спросить про деньги, подумал Денис.

Странное дело, но Денис совсем не ощущал беспокойства, и о побеге мыслей не возникало. Вероятно, именно для этого ему и делают дважды в день какие-то инъекции. Сопротивляться санитарам-охранникам почему-то не хватало сил, хотя во всем остальном Денис себя чувствовал здоровее некуда – ссадины на теле самым волшебным образом куда-то исчезли. Может, у меня и правда с головой не того, подумал Денис.