Савелий посмотрел на часы: стрелки показывали восемнадцать часов двадцать пять минут. Когда он перевел взгляд от часов на дорогу, то увидел машину Васильцова.

– Привет, Сава! Ты готов? – спросил Арсений, вылезая из автомобиля.

Кошкин молча кивнул.

– Не проломи череп, Сава, – сочувственно посоветовал Васильцов.

– Не волнуйся, Арсен. Отойди в сторонку и смотри на ювелирную работу.

Кошкин сел в машину и включил двигатель. Медленно набирая скорость, покатил по дороге и вскоре, вильнув в сторону, сильно боднул облюбованный ранее тополь.

Увидев, что все пока идет, кажется, по плану, Арсений Васильцов быстро влез в свой автомобиль и подъехал к месту аварии.

– Ты жив, Сава? – спросил он, подходя к приятелю.

Но Кошкин молчал, уронив голову на руль, и был совершенно недвижим.

– Прошу вас, Игорь Степанович, пожалуйста, скорее! – поторапливал Васильцов главу семейства Ласточкиных, семенящего следом за ним по дорожке. – Один я его не вытащу, и он может скончаться от потери крови!

– Нужно вызвать врача… – тяжело продышал Игорь Степанович.

– Вызовем немедленно! А как же! Только сначала перенесем пострадавшего в дом!

– Ко мне? – удивился Ласточкин.

– Ваш дом ближе других. Вспомните о милосердии!

– Да-да, конечно…

Арсений и Игорь Степанович вытащили потерявшего сознание Савелия Кошкина из машины и поволокли его кратчайшим путем к дому Ласточкиных.

– Мы положим его в комнату дедушки! – сказал глава семейства оторопевшей супруге, открывая дверь и втаскивая бесчувственное тело бедняги незнакомца внутрь жилища. – Там теперь никого нет, и больного лучше всего поместить в ней!

– Это ненадолго! – успокоил хозяйку Васильцов. – Сейчас я вызову врача, и пострадавшего увезут в больницу.

Игорь Степанович и Арсений заволокли по крутой лестнице Савелия Кошкина в небольшой мезонин и внесли его в свободную комнату.