Конан был воином, суровым сыном сурового народа, и видел смерть в тысячах разных видов. Но сейчас мощная ярость сотрясала его. Несколько часов назад эта стройная, теплая девушка лежала в его могучих объятиях, отвечая страстью на страсть. Теперь от нее ничего не осталось, кроме чего-то распластанного и безголового, подобно поломанной и выброшенной игрушке.

Конан заставил себя осмотреть труп. С возгласом удивления он обнаружил, что он был насквозь промерзший и покрыт слоем твердого льда.

5

Конан задумчиво прищурился. Она покинула их убежище не больше часа назад, потому что накидка все еще хранила немного тепла ее тела, когда он проснулся. За такое короткое время теплое тело не может промерзнуть насквозь и покрыться коркой сверкающего льда. Такое не может быть в природе.

И тут он прорычал ругательство. Теперь он понял, с чувством отвращения и яростью в душе, кто забрал у него девушку. Он вспомнил полузабытые легенды, которые слышал в детстве у костра в Киммерии. Одна из них была о ужасном чудовище, живущем в снегах, мрачной Реморе - снежном черве-кровососе, чье имя в киммерийском мифе превратилось в почти забытый шепот ужаса.

Он знал, что высшие животные излучают тепло. Ниже их по уровню развития шли покрытые чешуей или панцирем пресмыкающиеся, температура которых совпадала с температурой окружающей их среды. Но Ремора, червь ледяных земель, похоже, был уникальным в своем роде, потому что он излучал холод; так, по крайней мере, мог бы это сформулировать Конан. От него исходил такой жуткий холод, который мог заточить труп в ледяной панцирь за несколько минут. Поскольку ни один из соплеменников Конана не говорил, что видел Ремору, Конан полагал, что это существо давно вымерло.