— Человечка, кузен. Это всего лишь человеческая женщина.

Чтобы убедить родича в своей правдивости, Раэн снял с лица женщины покрывало. Теперь любому стало бы понятно — это действительно не кахэ, а обычная смертная, не слишком привлекательная, изнуренная, бледная до синевы.

— И на кой тебе сдалась человеческая женщина? — изумился Третий лорд, скептически скривившись. Людей он оценивал чуть выше, чем скот. И то лишь потому, что человек, в отличие от животного, мог правильно понять и в точности исполнить то, что ему велели. — Своих, что ли, мало?

— Она не моя любовница, Линх! — искренне возмутился такому предположению Раэн. — Я не страдаю извращениями!

Весь вид Линха выражал сомнение по поводу последнего высказывания собеседника.

— Допустим, — уронил он, присаживаясь на кровать и внимательно оглядывая не слишком аккуратно сгруженный черный сверток. — Она не твоя любовница, говоришь. Тогда зачем она тебе понадобилась? Тем более здесь?

— Она дознаватель. Ее хотели убрать, поэтому…

— И какая тебе разница, — недовольно перебил старший, — что люди хотели убить своего дознавателя? Я все еще не услышал причины, по которой ты приволок ее сюда.

Плохо. Линх, хоть и не планирует убить кузена прямо сейчас, все еще зол.

— Она вела дело, по которому подозреваемым проходил Аэн… — начал было свой долгий и путаный рассказ Раэн.

— Аэн? Какой именно Аэн? — буквально задрожал от охотничьего азарта Линх каэ Орон.

Ага, ну как же, Аэн, самый ценный враг! Когда речь заходила о Доме Эррис, благоразумие Третьего лорда стыдливо отступало в сторону, давая возможность развернуться мстительности и тому странному чувству, которое связывало кровных врагов крепче, чем семейные узы — родичей.