Я тем более не правомочен, ибо кроме нее не знаю, собственно, ничего больше из литературного наследия Набокова, которое, насколько я ориентируюсь, достаточно велико. Тринадцать его рассказов, которые мне попали в руки год назад, я прочел с абсолютным равнодушием. То, что он хотел в них сказать, нисколько меня не задевало. Возможно, это были отличные произведения, и, говоря об их мимолетности, я признаюсь только в своей художественной глухоте; но к "Лолите" я не оказался в той же степени глух, отсюда эти заметки. Не знаю, насколько верно, что это книга "эпохальная", "великая", хотя некоторые из почтенных знатоков, цитируемых английским издателем, выводят прозу Набокова от Элиота, Бодлера, Джеймса и Бог знает кого еще. Это почтенное родство мало меня трогает. Сам Набоков в послесловии к "Лолите" рассказывает довольио интересные вещи: о том, как долго эта книга создавалась, как родился ее первый замысел, еще в Париже, в сороковых годах; тогда это был небольшой рассказ о человеке, который женится на больной женщине и после ее смерти и неудачной попытки изнасиловать падчерицу коичает самоубийством; далее Набоков рассказывает, как позднее перенес эту главную ось интриги в Соединенные Штаты, как насыщал ее мясом реалий Нового Света. Набоков был, впрочем (благодаря, возможно, собственному опыту, а может -- по совету доброжелателей) настолько осторожен, что предпослал повести -фиктивному дневнику -- столь же фиктивное предисловие пера "доктора философии Джона Рея-младшего". Дневник, представляемый этим доктором философии, -- якобы воспоминания мужчины, умерщего в тюрьме от инфаркта и скрывшего свое имя под псевдонимом "Хумберт Хумберт". Всех этих трюков осторожности все же не хватило, и чтение советов более или менее доброжелательных редакторов, внутренних издательских рецензий или откровенных осуждений (всем этим повесть обросла на своем пути от стола до стола, и все это становится местами не намного худшим "документом эпохи", чем само произведение -- такая здесь мешанина беспомощности, псевдонаучности, наконец, бессознательного комизма в оценках) -- чтение всего этого является превосходным довеском к атмосфере "Лолиты".