– Ну и увальни, – закричала на них девушка. – Я эти шторы гладила, гладила, старалась, пыхтела, работала, как Золушка! А вы что устроили? Смотрите, во что офис превратили, медведи! Ни стыда, ни совести у вас нет, как я погляжу.

Близнецы замерли, с изумлением глядя на Юльку.

– Ты только посмотри на нее, а? – первым опомнился Кирилл. – У нее еще хватает наглости отчитывать нас! По чьей милости все это происходит, черт тебя побери? – взревел он, вскакивая на ноги. – Кто все это устроил, не ты ли?

– Не ори, не дома, и дома не ори, – тоже взвилась Юля, молодым петушком наскакивая на Кирилла. – Я для кого старалась? Я что, все это нарочно сделала? Я хотела сюрприз, а вы… Я как лучше хотела… я… а вы… – задохнулась от возмущения она, не зная, что сказать дальше. – Уф, чурбаны бесчувственные! – топнула она ногой и, плюхнувшись на стул, надулась, как простуженный хомяк.

– Хотела, как лучше, а получилось, как всегда, – миролюбиво проворчал Данила, поднимаясь с пола. Похоже, что злость его улетучилась в процессе барахтанья среди бумаг, шкафов и материи. – Ты, Юлька, лучше не устраивай нам больше никаких сюрпризов, ладно? Иначе я не доживу до собственной свадьбы. А мне еще очень хочется повидать своих детей и внуков тоже, – потирая ушибленный лоб, улыбнулся он. – Мы понимаем, что ты хотела, как лучше, только… будет еще лучше, если ты вообще прекратишь что-то хотеть. Так будет намного спокойнее. Договорились?

Юлька нахмурилась, пытаясь осмыслить сказанное Данилой.

– Ладно, больше не буду ничего хотеть, – буркнула она. – И сейчас скажу вам о первом моем нехотении.

– Мы тебя внимательно слушаем, Юлия Борисовна, – прищурился Кирилл, уже догадываясь, что она сейчас скажет.

– Я не буду работать у вас секретаршей, потому что не хочу, – ответила та, ехидно глядя на братьев.

– Я так и знал, что сейчас она отмочит что-нибудь подобное, – хлопнул руками по бокам Кирилл. – Совсем ты обнаглела, как я погляжу. Не забывай, что ты подписала трудовое соглашение, – возмущенно напомнил он.