Увидев свертки в своей комнате, я даже не удивился. Последнее время я перестал возмущаться тем, что все вокруг пытаются заставить меня носить неудобные, зато жутко красивые вещи. Что в них красивого, я тоже не понимал, но смирился с мнением большинства и спокойно сносил все издевательства над своим внешним видом. Переодевшись, я сделал несколько движений, что бы растянуть одежду и, убедившись, что она села как надо и, по крайней мере, не мешает движениям, отправился в суд. Разбирательство по нашему делу было назначено на обед и у нас еще было время, что бы спокойно все обдумать по дороге.

   Прибыв к зданию управы, я был несказанно удивлен. Казалось, что весь гарнизон города собрался перед ратушей. Они выстроились в несколько колец, отделив, таким образом, выставленные на улицу стол и кресла для судьи и его помощников, от стульев для нас. Рядом с площадью собралась довольно большая толпа зевак, которые замолчали, как только мы ступили на площадь. Провожаемые тишиной и испуганными взглядами, мы вышли к месту суда, и я устроился на стуле. Мое сопровождение встало по бокам, перекрыв, таким образом, все подходы ко мне. Если бы кто-то постарался причинить мне вред, то, скорее всего, я бы даже этого не заметил. Вампир стоял спиной ко мне и лицом к окружающей толпе. Из-под капюшона были отчетливо видны его красные глаза и выставленные в ухмылке клыки. Эльфы же напротив, стояли расслабленно и улыбались уголками губ, пробегая по толпе. Перебрасываясь короткими фразами, они вводили толпу в состояние ужаса, гораздо больше, чем стоявший рядом вампир. Зеваки даже попробовали податься назад, но напиравшая толпа не дала им этого сделать.

   - Хватит, - тихо произнес я, но они меня услышали. Головы сразу опустились вниз. По толпе прошел шепоток, в котором отчетливо слышалось "демон".

   Судьи появляться не спешили. Время уже давно перевалило за полдень, а процесс так и не начался. Откровенно скучая, я принялся развлекаться тем, что достал книгу по созданию амулетов и принялся ее усиленно читать. Прервал меня шум, прошедший по толпе зевак. Судьи, наконец, соизволили выйти и занять свои места. Быстро убрав книгу, я поднялся, и, поклонившись судьям, произнес положенное приветствие.