— Значит, это они на нас глазеют? — спросил Локоть, взглянув на незнакомцев.

Крушила снова повернулся к странникам. От того, что он весь вечер вертел головой, рассматривая все, что только можно, у него началось головокружение. Он даже слегка осерчал на себя. Ведь ему следовало веселиться вместе с друзьями на празднике урожая. Благодаря леррам и Лорду-Чародею год выдался отличным, урожай прекрасный, и потрудились все на славу. И потом — надо прикончить летнее пиво, чтобы освободить место для свежего. Примерно через час они будут танцевать с деревенскими девицами, умолять о поцелуях, а может быть, и о чем-нибудь более серьезном. А он разглядывает путников, смотрит на лерров и вообще на все, что угодно, кроме своих приятелей и пива. Крушила ощущал какую-то необычную отстраненность от всего, что его окружало сейчас, чувствуя себя скорее не участником торжества, а наблюдателем, и не мог понять почему. Это было нечто новое. Казалось, лерры хотят ему что-то сообщить — но что?

Крушила осушил кружку, но наполнять ее по новой не торопился.

Чужаки и в самом деле смотрели на молодежь так внимательно, что это уже казалось неприличным.

— Если хотите выпить пива, — обратился к ним Крушила, — не стесняйтесь. Мы можем пожертвовать вам несколько пинт.

Путники переглянулись и обменялись словами, смысл которых Крушила не уловил. Старшая жрица слегка наклонилась вперед и произнесла нечто, столь же неслышное. Проводник (Крушила теперь не сомневался, что это тот самый человек, который работает на дороге между Ясеневой Рощей и Зелеными Водами) вскинул руки, поднялся со скамьи и отошел в сторону, всем своим видом показывая, что не имеет ни малейшего отношения к беседе.

Затем трое незнакомцев поднялись со своих мест и направились к молодежи. Старшая жрица, чуть помедлив, последовала за ними.

Крушила, поставив кружку на стол и подбоченившись, с интересом следил за их приближением.