Робот снова прикоснулся к пульту, и изображение залитого солнцем луга исчезло.

– Думаю, принимая во внимание ваше прошлое, не надо объяснять, кто это был такой.

– Конечно, это – профессор Джоэль Фридон, звезданутый, который разъезжает по стране и агитирует за легализацию тэка. – Джейк снова сел. – А какое это имеет отношение к Дэну?

– Мы обнаружили видеокассету, которую вы только что просмотрели, – объяснил заместитель декана Тикнор, – в комнате вашего сына. Она была спрятана в шкафу.

– Обнаружили, говорите?

Джейк снова поднялся, обошел стол и навис над роботом.

– А Дэн, он давал разрешение на обыск?

– Конечно же нет. Время от времени мы устраиваем выборочный осмотр вещей студентов на предмет обнаружения подрывной литературы, порнографии и запрещенных веществ; такие мероприятия утратили бы всякий смысл, начни мы предупреждать заранее о своих намерениях...

– В соответствии с действующим законодательством Южной Калифорнии вы, Тикнор, нарушили гражданские права моего сына.

Джейк изо всех сил старался не дать бушующей в нем ярости прорваться наружу.

– А к тому же, будь даже ваш обыск законным, что вы им доказали? Только то, что у Дэна Сомнительный вкус по части видеопродукции. Из того, что у парня есть кассета с записью лекции придурка вроде профессора Фридона, совсем не следует, что он – тэкоман. Насколько я понимаю, копаясь в Дэновом барахле, вы не нашли ни брейнбокса, ни тэк-чипов.

– По правде говоря, нет. Но здесь очень важно, что у него была видеокассета, которая совершенно открыто...

– Думаю, мне лучше поговорить с деканом. И поскорее. – По лицу Джейка опять скользнула неопределенная улыбка. – Раз уж Кейт считает – одному Богу известно почему, – что Дэну лучше ходить в эту школу, пусть он здесь пока остается. Поэтому я хочу, чтобы ваш декан – не робот, не андроид, а живой человек с настоящей кровью в жилах – снял с моего сына все обвинения и восстановил его в школе.