— Война? — Лотар расстроился, но надеялся, что гости этого не заметили. — Это печально, очень печально, но я всё ещё ничего не понимаю.
Адъюнкт всплеснул руками и с маху уселся на стул так, что это сооружение из досочек и планок жалобно заскрипело. Тогда поднялся толстенький богач и подошёл к Лотару, чтобы его лицо было как можно ближе к глазам Желтоголового.
— Все эти теории насчёт равновесия — ерунда. И никто в этом не виноват… А дело в том, что я хочу нанять тебя, Лотар, чтобы ты остановил эти три армии и предотвратил войну. И готов заплатить любую цену.
Глава 3
Лотар усмехнулся. Богач и бровью не повёл. Было заметно, что он привык не обращать внимания на любые эмоции, и цепко выделяет главное. Сейчас главным для него было получить согласие Лотара.
Лотар подумал, что в отрицании чувств и сосредоточенности только на главном заключаются сразу две ошибки. Во-первых, чувства очень важны, потому что помогают ориентироваться в настоящем и предугадывать будущее. Поэтому тот, кто не прислушивается к своим ощущениям, может лишь строить расчёты, как шахматист или бухгалтер. Но просчитать абсолютно всё человек не в силах, значит, в этом случае ошибок не избежать. И второе: то, что человеку кажется главным сейчас, очень скоро перестаёт быть главным, и не всегда можно уследить за переменами.
— Как же ты собираешься платить мне, молодой человек?
Богач был моложе Лотара всего-то лет на пять, но Желтоголовый просто не мог отказать себе в удовольствии испытать его выдержку. Но толстяк не обиделся.
— Меня зовут Джимескин. Я банкир из Мирама. — Он вернулся на своё место, сел, небрежно откинув рукава с пухленьких, слабых рук. — Скажи только слово, Лотар, и тридцать городов и около двух десятков княжеств переведут в наш банк на твой счёт сумму, которая позволит тебе совсем удалиться от дел.