Господин Дрейвз взял ребенка за руку, и тот доверчиво потопал за ним к ящику.

— Дейви, возьми бумажку из ящика, — сказал господин Саммерс.

Малыш запустил ручонку внутрь и засмеялся.

— Только одну, Дейви. Так, Гарри, теперь заберите у него.

Господин Дрейвз разжал кулачок ребенка и взял свернутую бумажку. Дейви так и остался рядом с ним, недоуменно поглядывая на взрослых.

— Теперь Нэнси, — промолвил господин Саммерс.

Вперед вышла девочка лет двенадцати в длинной широкой юбке. Ее подружки следили, как она придирчиво выбирала бумажку из ящика.

— Билл-младший.

Доставая жребий, Билли зарумянился и чуть не сбил табуретку большими не по возрасту ногами.

— Тэсси.

Она замерла, вызывающе оглядела толпу, прошла к ящику, поджав губы, выхватила бумажку и спрятала ее за спиной.

— Билл.

Билл Катчинсон долго нашаривал в ящике последнюю бумажку.

Толпа затихла. Какая-то девчушка прошептала: "Лишь бы не Нэнси". Ее услышали все до единого.

— Да, времена не те, — громко произнес старик Уорнер. — И народ не тот.

— Что ж, — сказал господин Саммерс. — Разверните. Гарри, помогите Дейву.

Господин Дрейвз развернул бумажку, и в толпе облегченно выдохнули — чисто.

Нэнси и Билл-младший развернули одновременно, просияли и замахали чистыми листками над головой.

— Тэсси.

Та замешкалась, и господин Саммерс посмотрел на Билла. Тот развернул свою бумажку, она была чиста.

— Значит, Тэсси, — прошептал господин Саммерс. — Билл, покажи всем ее жребий.

Билл Катчинсон подошел к жене и вырвал листок из сжатого кулака. На нем была черная метка. Ее поставил господин Саммерс накануне вечером в конторе угольной компании. Билл поднял бумажку вверх, и толпа зашевелилась.

— Что ж, друзья, — сказал господин Саммерс. — Пора кончать.

Люди позабыли ритуал, позабыли, каков был прежний черный ящик, но они не забыли про камни. Мальчишки с утра заготовили целую кучу, да и вся площадь была усеяна камнями, меж которых ветер гонял лотерейные бумажки.