— Восьмой полюс, — пробормотал он. — Это в каком ряду?

Вся поверхность планеты была усыпана снежными шапками. Тропики и субтропики огибали их зигзагами, сплетаясь в замысловатый узор. Перед первой посадкой звездный волк как-то не придал этому значения.

— Корки, ты, вроде, бывал уже здесь, — с надеждой сказал Лото.

Инспектор галактической полиции с аппетитом уплетал моющие средства, от удовольствия повизгивая и поскребывая валенками по полу. Слегка раздосадованный необходимостью отвлекаться, он посмотрел в иллюминатор.

— Древняя кукухская легенда гласит, — нараспев начал он, — что в давние времена на этой земле было только два полюса. Но двести восемьдесят четыре верховных бога никак не могли поделить их между собой.

— Корки, умоляю, избавь меня от деталей кукухской мифологии, — попросил Лото.

— Ладно, — сказал инспектор, забрасывая в рот еще одну горсть стирального порошка. — Двести восемьдесят четыре полюса расположены на поверхности планеты. Ее геомагнитное строение уникально…

— Короче.

— Отсчет полюсов ведется от третьей Кривой Параллели по оси вращения в дву-на-десятеричной системе.

— Корки, ты издеваешься? — разозлился Лото.

— Нет, правда, — уверил его инспектор, плотоядно взглянув на большую бутыль с противоблошиным гелем, и добавил. — А вообще, на Восьмом Полюсе всегда радиомаяк работает.

— Корки, — сквозь зубы процедил звездный волк, — я когда-нибудь расфасую тебя в мелкой таре. Пока что ты мне доставляешь больше хлопот, чем Пумпырь.

— Да не расстраивайся так, — добродушно взмахнул руками Корки. — Скоро и Пумпыря найдем.

Лото тихонько взвыл, резким движением достал из холодильника стаканчик мороженого и с размаху раздавил его об лоб. Сразу полегчало. Этому медитационному приему его как-то научил один жукопуз с Блудного Астероида. Помогало безотказно.

Утерев липкие потеки со лба, бывалый звездный волк настроился на радиомаяк Восьмого Полюса Кукуха.