– Первичная регистрация - известил Алим - здравствуйте!

Дядька поднял на нас глаза. В глазах мелькнуло узнавание. Значит, они знают друг друга.

– Здравствуйте тан Алим! - подтвердил мои подозрения дядька - Начнём?

Алим кивнул головой и подтолкнул меня вперед. Дядька поднялся из-за стола. Открыл массивный сундук, и вытащил какую-то каменюку. У каменюки была срезана и отшлифована одна сторона. Дядька направил каменюку на меня и сказал:

– Начинаем первичную регистрацию - после чего покосился на перо. Я тоже покосился на перо. Перо отнеслось к этому индеферентно, то есть никак. Дядька прокашлялся, и уже громче, повторил предыдущую фразу, после чего снова посмотрел на перо. Я тоже посмотрел на перо. Перо и к этому отнеслось индеферентно, то есть никак. Дядька положил каменюку на стол, шагнул к пюпитру и, вдруг, шарахнул по нему кулаком:

– Начинаем первичную регистрацию!!! - заорал он на перо. Я подпрыгнул от неожиданности, перо тоже, потом выскочило из чернильницы, уронило на пол пару капель чернил, после чего зависло над верхним листом из стопки. Дядька удовлетворённо вздохнул, взял каменюку и снова направил её на меня. Я оторопело выдохнул. Порядочки тут, однако!

– Бутенко Николай Петрович....

– Да, это я, - несмело сказал я.

– Это не вопрос, а утверждение! - сварливо сказал дядька. Перо заскрипело по бумаге, время от времени мокаясь в чернильницу. Класс! Я такое же хочу!

– Пол - мужской, - вынес вердикт дядька. Проницательный какой!

– А то это не видно! - ядовито заметил я.

– Не мешайте процессу! - последовало сердитое замечание. - Это не писать! - бросил дядька перу. Перо со скрипом зачеркнуло что-то на бумаге. Это что, свободу слова давят? Гады!

– Уровень Дара... - тут дядька начал особенно внимательно в меня всматриваться, - четыре.

Да он же не прав! Что было сказано во время моего пленения?