Начало второго учебного года повергло меня в шок. Оно было полным повтором первого года. Разве что мы теперь стояли под светящейся цифрой два, и с тоской смотрели на разворачивающееся действие, в котором можно было предсказать каждый последующий шаг. Я посматривал влево, где галдели первокурсники, для которых все это было внове, и вправо. Там делились впечатлениями от каникул третьекурсники. Нам пока делиться было нечем. Не явилось неожиданностью для меня и появление двух собак, которых в очередной раз развеял тан Горий. И в этом заключалась разница. Тан Горий на секунду прервал свою вдохновенную и пламенную речь, и, вонзив взгляд куда-то в толпу старшекурсников, грозно сказал:

– Боллард! Еще один такой фокус, и, вместо морока собачек, я развею тебя!

Отличие начал учебы стало заметным после первой пары. У нас было прекрасное настроение. Тан Хараг начал первую лекцию с воспоминаний о том, как он ухаживал за девушкой, применяя для покорения ее сердца весь арсенал своих умений. Надо ли говорить, что на тот момент умений было не много, а вот желания было более чем? Рассказывать тан Хараг умел. В результате, Тартак сломал парту, случайно нажав на амулет. Жересту, которого увеличение Тартака отбросило к стене и основательно приложило об оную, было не смешно, но это не уменьшило хорошее настроение остальных. Мы уже собирались идти на занятия по медитации и воспарения, когда появилась танесса Валеа, секретарь директора, тана Гория. Окинув нас строгим взглядом, он, сверяясь с маленьким списочком в руке, сказала:

– Колин, Жерест, Тартак, Тимон и Аранта, вас вызывает директор.

Мы в замешательстве переглянулись.

– Неужели ему стали известны подробности нашего пребывания на Земле? – после того, как танесса Валеа ушла, озвучил всеобщий вопрос Тимон.

– Тогда почему не всех вызывают? – задала встречный вопрос Морита.

– Может потому, что самых активных… – предположил Фулос.

– А ты, значит, с братиком был белым и пушистым? – прищурилась Аранта.