– Кто ты, дьявол тебя побери? – настороженно спросил Макграт, разглядывая незнакомца.

– Али ибн Сулейман, эффенди, – ответил тот на безупречном арабском. – Я явился в это дьявольское место по настоянию моего брата – Ахмеда ибн Сулеймана, чья душа отлетела к пророку. Я был в Новом Орлеане, когда получил письмо. Я поспешил сюда. И, пробираясь через лес, я увидел, как чернокожий тащит труп моего брата к реке. Я пришел сюда в поисках хозяина убийцы моего брата.

Макграт молча указал на мертвеца, как бы спрашивая, его ли имеет в виду араб. Али ибн Сулейман с почтением кивнул.

– Мой брат любил своего господина, – сказал он. – Я буду мстить за моего брата и его хозяина. Эффенди, я пойду с вами.

– Хорошо, – равнодушно согласился Макграт. Он знал фанатичную преданность арабов; знал, что одной из черт Ахмеда была преданность негодяю, которому он служил. – Следуй за мной!

Последний раз взглянув на хозяина особняка и тело черномазого, вытянувшееся перед ним – словно тело принесенного в жертву, – Макграт оставил зал пыток. “Вот так в таинственном прошлом веке мог умереть один из королей-плантаторов – предков Боллвилла, – подумал он. – И так же у его ног лежал бы убитый раб, чей дух станет служить своему господину и на том свете”.

Макграт вернулся в заросли, опоясывающие дом. Сосны дремали в полуденной жаре. Араб следовал за ним по пятам. Прислушавшись, Макграт различил отдаленный пульсирующий звук, который неведомо откуда принес слабый ветерок. Словно где-то далеко-далеко били в барабан.

– Пошли! – Макграт широким шагом направился через лабиринт подсобных строений и нырнул в лес, который поднимался за домом.

Тут тоже когда-то были поля, приносившие богатство аристократам Боллвиллам. Но уже много лет стояли они заброшенными.