Стряпня Мака благоухала, я чувствовал аромат через весь зал, и мой желудок вновь заявил о первобытной тяге к хорошо прожаренному мясу. Что делать? Не мог же я пойти и съесть все это, пока Ким ждет нужные сведения. Не то чтобы я вообще никогда не мухлевал, однако я не проделываю это со всеми подряд — и уж точно не с теми, кто обращается ко мне за помощью. Порой я ненавижу и всю эту совестливость, и дурацкое чувство благородства!

— Ну хорошо, хорошо! — выдохнул я. — Поем сначала, а после выложу все, что знаю.

На круглых щечках Ким заиграли ямочки.

— Спасибо, Гарри. Это много для меня значит.

— Да, да. — Я уже поднимался, чтобы проложить тропинку к барной стойке мимо всех этих колонн, столиков и тому подобного.

Сегодня в баре царило настоящее столпотворение. Хотя Мак и старался сохранять привычную невозмутимость, заметно было, что толкучка ему по душе. Тарелки я подхватил почти с раздражением. Нелегко радоваться чужому успеху, когда твои собственные дела упорно идут на спад. Я донес вожделенные бифштексы с картошкой до столика, уселся и поставил перед Ким ее порцию. Какое-то время мы ели — я угрюмо, она с явным аппетитом.

— Что скажешь? — произнесла наконец Ким и ткнула вилкой в свернутый листок.

Я наслаждением отхлебнул пряного пива, мысленно вознеся хвалу Макэнелли, и взял рисунок.

— Это знаки Высшей магии. Три кольца символов, одно кольцо внутри другого. Слоеный пирог. Помнишь мои рассказы о магических Кругах?

Девушка кивнула.

— Они сдерживают магические энергии и защищают от созданий Небывалого. Смертные могут пересечь их и разрушить.