В кармане истерично запрыгал мобильный. Далила извлекла телефон, глянула на дисплей: Галина. Легка на помине. И, конечно, в обычном репертуаре: вместо «здрасте» вопрос:

— Далька, ты где?

Можно подумать, это самое важное, что ей позарез сейчас надо знать.

— На Просвещения, — нехотя просветила подругу Далила.

Галина присвистнула:

— Ни хрена себе ты забралась! Что там делаешь?

— Будто не знаешь, к племяннику еду.

— В рабочее время? А что с ним?

— Сама хотела бы знать. Звоню — не отвечает. Не виделись пять, даже шесть… Короче, неделю. Ох, сердце мое не на месте.

— Да брось ты, — отмахнулась Галина. — Что ему сделается, красавчику-кобелю? Хватит его опекать. Двадцать шесть уже парню. Может, он толковую бабу завел и перешел на постельную жизнь.

— Ты по себе не суди, — «лягнулась» Далила.

— До свидания, милочка, меня шеф так бумагами загрузил, что не помню, как это делается, то, что в постели. Забыла уже, как эти сволочи пахнут, звери-мужчины. Так что, подруга, давай, за двоих теперь отдувайся. Кстати, как там твой?

— У Матвея ученый совет.

Галина задохнулась от возмущения:

— Да на кой мне Матвей? Когда я интересовалась чужими мужьями? Любовник твой как?

Теперь уже рассердилась Далила:

— Здрасте! Об отношениях с Сашкой говорить по мобиле? Ты хочешь меня разорить.

Галина азартно воскликнула:

— Неужели так много у тебя новостей?

— Скорей, впечатлений, но об этом при встрече. Ты по какому вопросу звонишь?

— Слушай! Тут у меня чудеса настоящие! — оживилась подруга. — Представляешь, утром иду по Литейному, вдруг дверь открывается…

Далила опешила:

— Какая дверь?

— Дверь подъезда, резная, старая. Открывается. Сыростью, холодом, ветхостью так на меня и пахнуло. Сама знаешь, что за дома на Литейном. Так вот, выходит женщина. Пожилая. Я мимо нее проскользнуть хочу, а она меня останавливает и задумчиво так говорит: «Вот тебе я мужа найду». Представляешь?!