— Бонд! — воскликнул Евгений и после многозначительной паузы гордо добавил:

— Джеймс Бонд!

— Ты не Бонд! Ты свинья! — разъярилась Далила.

И тут же получила невозмутимый ответ — Евгений никогда не лез за словом в карман.

— Да ладно, — сказал он со смешком. — Бонд что, лишен возможности быть свиньей? Одно другому совсем не мешает.

Это он зря. Она взвилась и понесла, как говорится, по кочкам:

— Конечно, одно другому совсем не мешает! У тебя даже помогает, бессовестный ты лоботряс! Как ты мог пропасть на неделю? Почему не приходишь и не звонишь? Почему телефоны твои не отвечают? Чем ты вообще занимаешься? Впрочем, известно чем: ты плюешь на меня! Свинья ты! Свинья!

— А в чем дело? — искренне удивился Евгений.

Таких разносов он давно уже не получал: с тех пор, как перестал писать в штанишки.

— В чем дело? — взвыла Далила. — Он еще спрашивает! У тетки душа не на месте, а ему хоть бы хны! Ирод! Три ночи не сплю! В милицию собралась звонить! В больницы! Черт возьми, в морги!

Он сник:

— Я ж не знал.

— Что ты не знал? Что я за тебя переживаю? Мой номер не мог набрать? Поленился два слова тетке сказать? Жив, здоров — и все!

— Да я не звонил только пять дней.

— Семь! И не «только», а «целых»! Целых семь дней!

— Ну, семь, — нехотя согласился Евгений и сердито добавил:

— Знал бы, какой шум поднимется из-за пустяка, и сейчас не позвонил бы.

— Из-за пустяка?

Далила хотела снова наброситься на него, но вдруг осознала, что перегнула палку. Явно лишку ему задала. По его разумению, о девице она не подозревает, значит, мотива кричать не имеет — так и не надо кричать.