— Если эта девушка не будет осторожной, — неожиданно сказал он, — произойдет несчастье, и она упадет. Она — слишком близко от края.

Повернувшись, я увидел богато одетую, растрепанную молодую леди, самозабвенно танцующую на столе. Ее спутники и окружающие смотрели на нее горящими глазами.

Мой компаньон встал:

— Было очень приятно провести с вами вечер, — сказал он. — Надеюсь — когда-нибудь мы снова встретимся. А теперь попытаюсь найти место и отдохнуть. Мне не досталось каюты. Никак не могу выспаться с тех пор, как я вернулся. — Он улыбнулся.

— Полагаю, вам недостает газовых снарядов и радиобомб, — заметил я.

— Да, — ответил он. — Так же, как выздоравливающему недостает его хвори.

— В моей каюте — две кровати, — сказал я. — В последнюю минуту мой секретарь заболел. Буду рад предложить вам одну из них.

Он поблагодарил и согласился воспользоваться моим гостеприимством на эту ночь — следующим утром мы уже будем в Париже.

И когда мы пробирались между столиками, за которыми праздновали и веселились пассажиры, мой спутник остановился напротив молодой женщины, привлекшей его внимание несколько минут назад. Их глаза встретились, и в ее взгляде мелькнуло изумление и тень узнавания. Он вежливо улыбнулся, кивнул и пошел дальше.

— Значит, вы знаете ее? — спросил я.

— Буду знать — через двести лет, — последовала загадочная реплика.

Мы отыскали мою каюту, заказали бутылку вина, печенье и, молча покурив, продолжили беседу.

Он первый вернулся к теме разговора в Голубой Комнате.

— Я собираюсь рассказать вам, — начал он, — то, что не говорил никому.